5–6 сентября в Санкт-Петербурге прошёл VI образовательный форум «Пластичность мозга ребёнка» — место, где встретились учёные, врачи, психологи и родители.
Всех объединял один вопрос: как устроен детский мозг и как помочь детям с особенностями развития. И, кажется, в этом году ответов стало чуть больше.
Программа была насыщенной: психофизиолог Елена Николаева рассказывала о пробуждении сознания, нейробиолог Михаил Лебедев погружал в мир нейронов и их ансамблей, а клинический психолог Мария Каменецкая вместе с физическим терапевтом Антоном Чекмарёвым искали точки пересечения между физическим и когнитивным развитием. Каждый — через свою дисциплинарную оптику, но все — про одно: как знание о мозге превращается в реальную помощь.
Особый отклик у зала вызвал доклад Екатерины Мень, президента Центра проблем аутизма. Она говорила о том, что нейропластичность обычно обсуждают в контексте ранней помощи — сензитивные периоды, сенсорная интеграция, интенсивные программы для малышей. Но последний мощный период синаптического прунинга приходится на подростковый возраст, и методик, которые бы использовали его, катастрофически мало.
Екатерина представила модель транзита «Такой же другой» — систему, которая создаёт условия для нейропластических изменений именно тогда, когда их перестают ждать. В основе модели — четыре взаимосвязанных компонента: опрятность, осознанность, ассертивность и продуктивность.
Каждый из них становится поведенческой мишенью, а инструменты — от SST-тренингов до визуальных расписаний и поведенческих контрактов — работают на то, чтобы превратить эти качества в устойчивые навыки.
Главное, что увидели участники форума, — модель работает не в теории, а в жизни. Студенты площадки получают реальную возможность работать в науке, осваивая задачи, которые требуют высокой точности и внимания к деталям. А объективные показатели — например, динамика тестов интеллекта у некоторых участников — подтверждают: системная среда, насыщенная реальными профессиональными задачами, запускает механизмы поздней нейропластичности.
Ключевой тезис доклада: транзитное планирование — это не социальная услуга, а нейроразвивающая среда, которая способна не только компенсировать дефициты, но и раскрывать уникальные сильные стороны подростков с РАС.
И это не разовая история. Практики модели «Такой же другой» мы продолжаем развивать — и делаем это в том числе при поддержке гранта Фонда президентских грантов.
Такие встречи рождают не просто знания. Они создают доверие — между специалистами, между наукой и практикой, между разными профессиональными оптиками. А без этого доверия любая педагогика, даже самая научная, остаётся просто словами.
Всех объединял один вопрос: как устроен детский мозг и как помочь детям с особенностями развития. И, кажется, в этом году ответов стало чуть больше.
Программа была насыщенной: психофизиолог Елена Николаева рассказывала о пробуждении сознания, нейробиолог Михаил Лебедев погружал в мир нейронов и их ансамблей, а клинический психолог Мария Каменецкая вместе с физическим терапевтом Антоном Чекмарёвым искали точки пересечения между физическим и когнитивным развитием. Каждый — через свою дисциплинарную оптику, но все — про одно: как знание о мозге превращается в реальную помощь.
Особый отклик у зала вызвал доклад Екатерины Мень, президента Центра проблем аутизма. Она говорила о том, что нейропластичность обычно обсуждают в контексте ранней помощи — сензитивные периоды, сенсорная интеграция, интенсивные программы для малышей. Но последний мощный период синаптического прунинга приходится на подростковый возраст, и методик, которые бы использовали его, катастрофически мало.
Екатерина представила модель транзита «Такой же другой» — систему, которая создаёт условия для нейропластических изменений именно тогда, когда их перестают ждать. В основе модели — четыре взаимосвязанных компонента: опрятность, осознанность, ассертивность и продуктивность.
Каждый из них становится поведенческой мишенью, а инструменты — от SST-тренингов до визуальных расписаний и поведенческих контрактов — работают на то, чтобы превратить эти качества в устойчивые навыки.
Главное, что увидели участники форума, — модель работает не в теории, а в жизни. Студенты площадки получают реальную возможность работать в науке, осваивая задачи, которые требуют высокой точности и внимания к деталям. А объективные показатели — например, динамика тестов интеллекта у некоторых участников — подтверждают: системная среда, насыщенная реальными профессиональными задачами, запускает механизмы поздней нейропластичности.
Ключевой тезис доклада: транзитное планирование — это не социальная услуга, а нейроразвивающая среда, которая способна не только компенсировать дефициты, но и раскрывать уникальные сильные стороны подростков с РАС.
И это не разовая история. Практики модели «Такой же другой» мы продолжаем развивать — и делаем это в том числе при поддержке гранта Фонда президентских грантов.
Такие встречи рождают не просто знания. Они создают доверие — между специалистами, между наукой и практикой, между разными профессиональными оптиками. А без этого доверия любая педагогика, даже самая научная, остаётся просто словами.